Монументальная живопись второй половины XI в Русь: монументальные росписи Киева Венецианские мозаики XII и раннего XIII века

История искусства византийской империи

Серебряные сосуды (блюда, кувшины, ковши и др.) дошли до нас от V-VII вв. в довольно большом числе. Пробирные знаки, имеющиеся на большинстве этих памятников, ставились в процессе их производства, доокончательного завершения обработки: обычно их пять, что указывает, согласно письменным свидетельствам, на особенно высокое качество серебра. Имеющиеся на этих клеймах монограммы и портреты императоров, очень похожие на их изображения на монетах, определяют относительную точность датировки.

Русь: монументальные росписи Киева
Особое место занимает обширная группа русских росписей XII века. Древняя Русь, не знавшая византийского ига, обошлась с греческим художественным наследием много самостоятельнее, чем Болгария и Сербия. До начала татарского нашествия на ее почве сложилось несколько крупных художественных центров (Киев, Владимир, Новгород, Псков), каждый из которых обладал своими кадрами мастеров. На протяжении XII века и первой трети XIII процесс кристаллизации местных черт развивался очень быстро, и есть основания говорить, что уже в это время существовала национальная русская школа живописи.

Мы знаем, что церковь архангела Михаила в Киеве и Димитриевский собор во Владимире украшали константинопольские художники. Было бы, однако, ошибкой на основании этого факта связывать со столицей все другие памятники русской монументальной живописи. Своеобразный стиль ясно указывает не только на сложность их генезиса, восходящего к различным источникам, но и на собственных мастеров. Нет никакого сомнения, что для Киева и Новгорода произведения балканского, афонского и восточнохристианского искусства имели порой не меньшую привлекательность, нежели рафинированные столичные образцы. Киевская Русь должна была быть многим обязана Афону. Не случайно в текст Киево-Печерского Патерика попало известие, что Печерский монастырь имел «благословление» Святой Горы. Об этой же активной связи с Афоном свидетельствует факт приобретения в конце XI века выходцами из Киева и Чернигова монастыря Ксилургу на Афоне. Наряду с Афоном активной была также связь с Салониками. Киевский Вышгород, подчеркивая свое тяготение к этому центру Македонии, стремился именовать себя «вторый Селунь». В Салоники через Галич и Владимир Волынский шли пути из Чернигова. Художественная культура Салоник пользовалась также большим авторитетом в Старой Рязани и в целом ряде городов северо-восточной Руси. Немалый интерес русское общество проявляло и к Болгарии, откуда выписывались рукописи, становившиеся предметом для подражания, например Изборник Святослава 1073 года, Поучение Константина XII века и другие. Помимо этих путей, которые связывали Киев на переломе XI–XII веков с культурными центрами Македонии, от него начиналась также дорога на Запад: через Краков и Прагу к городам на Дунае и Майне, и в частности к Регенсбургу. Еще активнее была торговая связь с Западом. Новгород поддерживал постоянные торговые отношения с культурными центрами скандинавского севера и Прибалтики, а позднее с городами северной Европы: с Кельном, Любеком, Висбю и Гамбургом.

Уже в росписи Кирилловского монастыря в Киеве186, построенного в 60-х годах XII века, ясно выступает сложность истоков древнерусской живописи. Неоднократно поновлявшиеся фрески лучше всего сохранились в южной апсиде, где находится цикл композиций, иллюстрирующих деятельность Кирилла и Афанасия Александрийских. Обилие болгарских и солунских святых указывает на несомненные связи с Македонией. Об этом же свидетельствует ряд точек соприкосновения в стиле с росписями Бачкова. Апсида украшена медальонами со святыми, заключенными, как в Бачково и столпах св. Георгия, в рамы с петлями. Наряду с этими македонскими чертами в росписи Кирилловской церкви наблюдаются и с. 109
с. 110 ¦ романские черты: лица и здания имеют невизантийский характер, фигуры распластываются по плоскости, их движения полны угловатости, одеяния ниспадают тяжелыми ломаными складками. Славянские надписи говорят о том, что фрески исполнены киевскими мастерами, где-то соприкоснувшимися с македонской и западной традициями.

Что романская традиция играла немаловажную роль в художественной культуре Киева, наглядно свидетельствует также Псалтирь Эгберта в Археологическом музее в Чивидале (cod. CXXXVI)187. Между 1078 и 1087 годами, когда рукопись принадлежала супруге киевского князя Изяслава Гертруде, в нее были вплетены дополнительные листы с текстом и миниатюрами. Эти пять миниатюр, исполненные тремя различными художниками, содержат любопытный сплав византийских и романских форм, многими своими чертами напоминающих миниатюры рейхенауской и регенсбургской школ. Вероятно, миниатюры были выполнены во Владимире Волынском, где княжил некоторое время Изяслав, либо в одном из филиалов конгрегации монастыря св. Иакова в Регенсбурге: в монастыре этого же названия, построенном в 1075 году на Дунае, на пути в Киев.

Роспись другого киевского памятника — крещальни Софийского собора — выдает несколько иной стиль188. Представленное в апсиде Крещение исполнено в жесткой линейной манере. Русские по характеру лица обведены тяжелыми линиями. В трактовке фигур много архаического, что роднит их с фресками Нередицы, где встречаются такие же скуластые типы лиц. Несмотря на греческую надпись, есть основание думать, что здесь работал русский мастер, ориентировавшийся на какие-то провинциальные образцы. Стиль указывает на вторую половину XII века. с. 110

Новгород, Псков, Мирожский монастырь, Старая Ладога, Нередица В памятниках Новгорода и Пскова национальные черты решительно выступают на первый план, постепенно растворяя все посторонние влияния. Самые ранние новгородские фрески сохранились в Софийском соборе, заложенном в 1045 году, но долгое время остававшемся без росписи. К последней приступили только в 1108 году. До этого времени в соборе имелись лишь отдельные иконного типа изображения. Одна из подобных фресок — фигуры Константина и Елены — сохранилась.

Русь: иконопись Немало архаических пережитков хранят и древнейшие русские иконы XI–ХIII веков, раскрытие которых является одной из наиболее блестящих страниц в истории русской археологической науки. Эти иконы представляют особый интерес, так как они бросают косвенный свет на византийскую иконопись Комниновской эпохи. Преобладают большие моленные образа с величавыми фигурами, нередко в человеческий рост. Изображенные на гладких золотых либо серебряных фонах святые даны в торжественных фронтальных позах.

Италия: базилианские и бенедиктинские монастыри Иной, чем на Руси, была судьба византийского наследия в Италии. В XII и XIII веках итальянцы особенно охотно подражали греческим образцам, дававшим им ту систему правильных пропорций, которая могла быть легко использована для выработки более реалистического стиля. История экспансии византийского искусства в Италии — это история последовательного видоизменения абстрактных византийских форм в сторону усиления реалистических акцентов. Вот почему так опасно строить характеристику византийского искусства на основе памятников, возникших на итальянской почве.

Эпоха Дук, Комнинов и Ангелов Италия: Сицилия Несравненно более чистая византийская струя проникла в Сицилию, превратившуюся под властью норманнов в один из главных форпостов византийского искусства на Западе217. Весьма важную роль в развитии местной школы мозаичистов сыграла мастерская, которая участвовала в украшении апсиды собора в Чефалу. Мы уже видели, что эта мастерская состояла из чисто греческих мастеров, призванных из Константинополя. Есть основания думать, что они очень скоро стали пользоваться услугами местных сил, которые пошли к ним в обучение.

Приверженность серебряных дел мастера античным традициям проявляется и на некоторых других предметах. Интересно отметить разный уровень мастерства на двух фрагментированных окладах с почти одинаковой композицией (иод киворием, обрамленным фигурами павлинов, Христос и апостолы Петр и Павел): оклад лучшей сохранности является как бы схематизованной копией второго.
Мозаические иконы